Аналитика Новости

Почему на самых поддерживаемых отраслях в Казахстане, как сельское хозяйство и обрабатывающая промышленность, количество предприятий уменьшилось?

В Алматы, Аналитическая группа «Кипр» и Фонд «Сорос-Казахстан» провели экспертную дискуссию вокруг предложенной экономистом Айдарханом Кусаиновым идеи об изменении существующей парадигмы социального государства в Казахстане.

Тему дискуссии выбрали таким образом: «Социальное государство: государство как Фейсбук».

Айдархан Кусаинов рассказал, почему тема была взята именно так.

Он привел пример Фейсбука как условного государства.

«Он как раз удовлетворяет ожидания людей. У Фейсбука есть инфраструктура обмена информацией и товарами. У вас есть «паспорт гражданина» Фейсбука, с которым вы можете передвигаться по другим приложениям. Сеть действует в традициях цифровых коммуникаций, соответствует ожиданиям и формирует их – можно быстро размещать фотографии и т.д. Сеть обеспечивает импорт и экспорт товаров и услуг, позволяет зарабатывать. В Фейсбуке есть свои «тюрьмы» (блокировки, деактивации). «Гражданство» в Фейсбуке бесплатное и разве что бизнес облагается налогами при том, что сеть дает вам рынок и возможность зарабатывать. Капитализация Фейсбука сегодня – 445 млрд. долларов США»,- говорит эксперт.

Экономист предложил отойти от сугубо финансового понимания социальной поддержки, поставить во главу угла не бизнес, как это есть сейчас, а людей, и сконцентрироваться не на проектах, а на предоставлении сервиса, с помощью которого различные проекты могли бы реализовываться.

Айдархан Кусаинов предложил поменять экономическую политику и перестать поддерживать бизнес. На эту тему он призывает к дискуссии.

Ниже представляю вашему вниманию некоторые тезисы из его выступления и итоговый ответ присутствовавшим экспертам на тему:

«Главная парадигма нашей социально-экономической политики – это богатый бизнес, который сделает богатым государство и т.д. Я считаю, надо перейти от идеи «богатый бизнес – богатое государство – богатые люди» к идее «богатые люди – богатый бизнес – богатое государство». Надо, чтобы были богатые люди, на богатстве которых будет зарабатывать бизнес и отсюда произойдет благосостояние государства.

Как только человек начинает думать в такой парадигме, то абсолютно теряется смысл в гонке за рейтингом DoingBusiness, сами по себе отваливаются всякие ГПФИИР, ДКБ, ФНБ, НУХ. Потому что если в голове у всех формула «богатство бизнеса ведет к богатству государства», то государство начинает активно заниматься вопросами бизнеса, оно начинает помогать бизнесу, составляет программы поддержки и т.д.

Если во главу угла поставить благосостояние человека, то интереснее для нас станут другие существующие рейтинги, такие, как ComfortofLife, Wheretoborn. И тогда у нас наверное будут другие госпрограммы –например, форсированного социального-здравоохранительного развития, Дорожная карта демографии, Доступная инфраструктура и т.д.

Если мы ставим во главу угла людей, то возникает дискуссия об этом, мы начинаем говорить о людях. А в парадигме «сначала бизнес, потом люди» государство не коммуницирует с людьми. Все эти ГПФИИР, вся поддержка бизнеса волнует бизнесменов и владельцев бизнеса, наемных работников и пенсионеров это не волнует – им все равно, что делает государство для бизнеса. А у нас постоянный идет нарратив «мы так много делаем для бизнеса», при этом для 99% населения это абсолютно неинтересно. Им интересно, что делается для здоровья, для людей, для общества.

Как это делать практически? Все просто – надо поменять экономическую политику. Перестать поддерживать бизнес. Понимаете, когда мы дискутируем о том, что надо перестать что-то делать, всегда говорят – а что взамен? У нас есть идея Рухани жаңғыру. Я писал в своей книге, что надо изменить коммуникационную политику. Но если у вас политике не говорить о социальном Казахстане, а говорить о бизнесе, то получается – государство говорит об одном, а страна о другом. Я как-то говорил с министром о том, что надо перестать говорить о поддержке, например, предприятий за счет средств ЕПНФ. Потому что народ же сразу злится.

И несколько цифр, почему не стоит во главу угла ставить бизнес – из моей книги, которую я уже заканчиваю.

Вы видите на слайде разбивку по данным Комитета по статистике – сколько у нас кого.

По официальной статистике, бизнесмены и топ-менеджеры – это 250 тысяч юридических лиц, из них 100 тысяч это ИП, а вот 150 тысяч юрлиц это бизнес. Возьмите список Форбс «50 богатейших бизнесменов Казахстана», там у нас по 2-3 акционера всегда. Есть еще 2% индивидуальных предпринимателей, которые имеют наемных работников, чаще всего, это строительные бригады. Вот этим двум процентам теоретически интересны программы поддержки бизнеса. 67% – наемные работники – это не особенно интересует. Например, если я работник завода, то я счастья по поводу того, что заводу дали господдержку, ощущать не буду. Потому что это поддержка завода, не меня.

Далее – распределение ВВП.

Как ВВП распределяется среди населения? – это налоги, прибыль и оплата труда. Так вот, 67% – это наемные работники. Их интересует оплата труда. За период с 2009 по 2015-2016 год она колебалась, потом начали поддерживать, и вы видите – оплата пошла вниз. Вся поддержка бизнеса уходит в прибыль. Если вы думаете, что частный бизнес, получая поддержку, будет увеличивать зарплаты и нанимать людей, то надо смотреть на цифры.

Тут вы видите, как росла зарплата в госсекторе и в частном секторе. Они сровнялись только в 2013 году. Это большая легенда, что рост поддержки бизнеса уходит в рост зарплат.

Такого роста зарплат нет, потому что не будет бизнесмен поднимать зарплату. Он заберет эту прибыль. И глупо поднимать зарплату, когда у вас на рынке больше 2 млн самозанятых: не нравится– с улицы можно взять любого другого. И не надо зарплату поднимать.

Тут зарплата, скажем так, по «слоям». Сколько у руководителей и т.д.

В 2011-2016 гг. мы начали поддерживать бизнес, зарплата у руководителя стала на 2,4% выше, чем у среднего уровня. То есть выросла не средняя зарплата среднего уровня, а выросла зарплата руководителей, топ-менеджеров. Растет прибыль – растут их бонусы. И посмотрите на зарплату в сфере обслуживания, ЖКХ, торговли, то есть там, где бОльшая часть людей и работает, — когда-то эта зарплата была примерно 70% от средней зарплаты, где-то до 2007-2008 гг. все было хорошо, потом кривая пошла вниз.

Хочу показать соотношение средней и медианной зарплаты.

Когда мы активно поддерживали бизнес, у нас медианная зарплата была 63% от средней, стала 57%. Опять топ-менеджеры и бизнесмены получают больше, все остальные – меньше. Поэтому рост зарплат это большая иллюзия. И как вы видели на графике, зарплаты росли больше всего в госсекторе.

У меня есть фундаментальное предположение, что рост экономики во многом определялся не тем, что бизнес, который поддерживали, был хорош, а тем, что госслужащим зарплату повышали и они больше потребляли. И отсюда шло развитие экономики. Не от бизнеса.

На самом деле, зарплаты в частном секторе повышаются не тогда, когда владелец бизнеса решил повысить зарплату. Представьте, что есть всего два предприятия, которые платят работникам зарплату. Зарплата поднимется, только если появится третье предприятие, которое начнет переманивать работников. Зарплата растет, когда растет количество предприятий.

Посмотрим на количество действующих предприятий.

Посмотрите на самые наши поддерживаемые отрасли – сельское хозяйство и обрабатывающая промышленность. Я выделил период активной поддержки – вы видите, что количество предприятий в этих сферах пошло вниз. Конкуренция падает, количество уменьшилось. Зато в не поддерживаемых – здравоохранение, образование – это количество росло. Рост пошел только в 2015 году, хотя там есть хитрость – новые, пока не действующие предприятия, тогда они регистрировались.

Еще пара слайдов – численность работников по отраслям.

В самой поддерживаемой отрасли – обрабатывающая промышленность – с 2010 по 2016 гг. численность работников практически не менялась.

В сфере образования у нас работает примерно миллион человек, в здравоохранении 600 тысяч, еще оборона, то есть практически 2 млн человек у нас работает в госсекторе, в социальном секторе.

Если поменять парадигму и перестать давать деньги бизнесу, а поднимать зарплату им, работникам в социальном секторе, то эффект будет гораздо лучше, потому что сколько в бизнес ни вливай, роста занятости нет, роста зарплаты тоже нет, соответственно, нет и роста потребления. Это цифры и факты.

Когда вы считаете деньги, вы видите, что да, действительно социальное государство. Защищают детей, вкладчиков, пенсионеров и др., действительно так, Казахстан очень социальное государство. Но я согласен с теми, кто говорит, что нет гражданских прав, нет диалога, а значит Казахстан – не социальное государство.

Собственно, об этом и есть моя презентация, моя идея – что старая модель социального государства, которая измеряется исключительно в деньгах, не работает. И я, когда думал о новой парадигме, исходил из того, что надо искать баланс – между льготами, гражданскими свободами, благами и прочим. То есть некая смесь потребностей.

Согласен и с мыслью про взятку. С точки зрения того, что социальное государство перераспределяет блага в пользу бедных и больных, любое социальное государство является взяткодателем. Что мы покупаем в таком случае. Я говорил – само понятие социального государства пришло как ответ на рост социалистических настроений в конце 19 века. В России произошла революция, на Западе людям сказали – мы дадим вам деньги, только не бунтуйте. Мы в это уперлись и дискутируем о размере взятки, я пытаюсь поменять дискуссию в этом моменте.

О богатых людях. Говоря о них, я имел в виду, что надо работать над повышением доходов учителей, врачей, наемных работников – они должны стать богатыми, к ним должна прийти большая часть ВВП, они будут тратить и бизнес на этом заработает. Я не имел в виду классовую богатость».

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *